НЕГР И БЕЛЫЕ ШКОЛЬНИЦЫ (ЧАСТЬ 4)
Десадов М.
... к взятию. Я начал вползать в ее девственность.
Говно, там все было напряжено, а мой член слишком массивен. Я продолжал вталкиваться в нее. Наконец, после одного резкого толчка она вскрикнула и застонала. Я понял, что это означало и медленно проник в нее. Еще одна белая девственница получила щепотку черноты.
Я слышал, как Кевин чуть ли не ежесекундно щелкал аппаратом — мальчику, должно быть, тоже было приятно.
Мой член прогрызал ее тело, дюйм за дюймом. Девочка от этого задыхалась и вскрикивала, а ее мягкие бедра дергались. Только через минуту я полностью засадил в нее мой орган. Я приподнялся на руках, посмотрел вниз и восхитился своей работой: извивающаяся на заднице молоденькая школьница с моим черным изготовителем младенцев, уютно устроенным в ее щелке, окруженной гладкими белыми бедрами.
Мой член поглаживал ее внутренности, она корчилась и стонала, наколотая и побежденная. Хотя она была напряженна и вся сжалась, я почувствовал, что внутри девочка увлажнилась. Мне стало смешно — может она считала, что не хочет меня, но ее тело думало иначе. Я начал старым добрым "вверх-вниз" делать из нее свиную отбивную. С каждым толчком ее маленькие твердые сиськи подпрыгивали, она вскрикивала и взвизгивала. Я решил, что прошло уже слишком много времени, поэтому ускорился. Я ощущал все ее внутренности, горячие, напряженные и сырые. Так как она была совершенно послушна, я приказал, чтобы она обняла меня ногами. После секундного колебания я ощутил, как ее ноги медленно поднимаются и дотрагиваются до моей задницы. Мне даже показалось, что она тоже возбудилась, потому что чуть-чуть стала мне подмахивать. Я только ехал на ней, а она стонала и корчилась под моим прутом размножения. Так что я пару минут веселился, пока не почувствовал заключительное победное движение груза по моему члену. Ее тело напряглось — она ждала свою судьбу.
И тогда я во второй раз взорвался. Наши тела вместе дернулись, а мое семя потекло в нее. Глаза ее широко открылись и посмотрели на меня таким особенным изнасилованным взглядом. Я наклонился, поцеловал ее и опять заглянул в ее голубые глаза, ведь в это время я запускал толстые густые комки жизни в ее побежденное тело. Я запускал их снова и снова, пока сперма не потекла по ее ляжкам на землю. И только тогда она сняла с меня свои ноги. Я вынул член и ласково ударил им по ее животу, уже расслабившемуся и мягкому.
Что касается меня, я чувствовал себя прекрасно. Это отличный способ начинать неделю. Она села на землю, все еще с раздвинутыми ногами, я застегнул штаны, засунул ее трусики в карман, как трофей и посмотрел вокруг — было тихо, никого не видно. Тогда я решил, что время у меня еще есть и можно немного продолжить образование своего сынка:
— Кевин, она тебе нравится? Правда, симпатичная?
— Очень, папа.
— Можешь ее немножко потрогать. А ты сними блузку.
Девушка безропотно подчинилась. Лифчика она еще не носила и мы на мгновение увидели две маленькие прелестные грудки с розовыми бутончиками едва наметившихся сосков. На мгновение, потому что она сразу же закрыла их руками. Говно, она еще стесняется! Стесняется после всего, что только что было. Я не выдержал:
— А ну, убери руки! И побыстрее!
Она сразу же послушалась. И нам опять открылись ее грудки. Они были хотя и маленькие, но очень симпатичные. Кевин подошел поближе и осторожно, даже испуганно дотронулся до одной из них.
— Не бойся, она не кусается. И посмелее, пощупай ее.
— Зачем же вы это делаете, он ведь еще совсем ребенок! — опомнилась девушка.
— Ах, так! Еще возражаешь! Кевин, давай посильнее, — и тут мой мальчик разошелся. Обеими руками он схватил ее за груди, крепко их сдавил, поводил из стороны в сторону, а потом уцепился за сосок и далеко оттянул одну сиську. Она даже взвизгнула:
— Больно!
— Что ты сказала? Тебе, что, не нравится, что ребенок тобой интересуется? Поблагодари его! — Она молчала. Тогда я подошел, за волосы оттянул ее голову назад и влепил ей пощечину.
— Спасибо, — через силу сказала девочка. Однако мне этого было уже мало:
— За что спасибо? Повтори внятно! — грубо сказал я.
— Спасибо, что ты меня трогаешь, но только, пожалуйста, не делай больно...
— А теперь покажи ему, что у тебя между ногами. Ложись, задери ноги к груди и раздвинь их. И за все, что он будет делать, благодари его. И объясняй, за что благодаришь.
Она заплакала, но опять сразу подчинилась, подняла ноги вверх и прихватила их руками. По ее промежности, затекая в задний проход, все еще лилась моя сперма. Я взял ее блузку и насухо вытер девушку, а Кевин присел и провел рукой по ее ляжке. Она прикусила губу и молчала.
— А благодарить? — грубо спросил я.
— Спасибо, — сказала она сквозь слезы.
— А за что спасибо? — переспросил я и опять влепил ей пощечину.
— Спасибо, что ты меня погладил.
Кевин провел рукой по ее лобку и слегка пошевелил выступающие губы.
— Спасибо, что тебе интересно, как я устроена, — уже без напоминаний, но все еще всхлипывая, сказала она.
— А ты раздвинь руками свою щелку, сама ему показывай, проси потрогать и называй, что показываешь. И благодарить не забывай, — приказал я.
Она почему-то только сейчас смутилась, покраснела, но безропотно провела пальцами по волосикам:
— Это лобок, погладь. — Кевину игра пришла по душе, он двумя пальцами защипнул несколько волосков и дернул их. Глаза у нее опять налились слезами, должно быть, не столько от боли, сколько от унижения. Она покраснела еще сильнее, даже шея налилась кровью, но покорно продолжала:
— Спасибо. А это большие срамные губы, потрогай их.
— А пожалуйста?
— Потрогай их, пожалуйста, — она пальцами слегка приподняла губки, а Кевин с ухмылкой схватился за одну и потянул. Губа сразу вытянулась и ему это, видно, понравилось. Он отпустил ее и потащил за другую.
— Спасибо, что ты мне их оттягиваешь. А это малые срамные губы, потрогай их тоже... Пожалуйста, — она уже без напоминаний покорно раздвинула руками внешние губы в стороны, открыв венчик, и пальцем указала на него. Кевин низко нагнулся, жадно впитывая в себя все, что он видел, и следовал за ее руками. Она развела и эти губки:
— Спасибо. А это клитор, он самый чувствительный. — Как только Кевин схватился за него, девочка сразу дернулась:
— Пожалуйста, не так сильно, — и тут я ее сразу поддержал:
— Кевин, нежно поводи по нему пальцем и посмотри в это время на нее.
Как только мой мальчик стал поглаживать клитор, девочка, уже ничего не стесняющаяся, да еще изрядно возбужденная тем, что с ней произошло и происходило сейчас, закрыла глазки, прикусила нижнюю губу и стала немножко двигать бедрами, как будто подмахивая своему воображаемому партнеру. Видно, дома она частенько онанировала. Кевин застыл, а я расхохотался:
— Хватит с нее. Она уже получила, что причиталось. А ты, сучка, давай дальше.
Девочка, хотя еще не отошла от неожиданного возбуждения, не посмела возразить:
— Спасибо, что ты меня так хорошо погладил. А это влагалище. Зачем оно, ты уже видел, — она снова всхлипнула, а по щекам у нее покатились слезы. Мой мальчик засунул туда палец и пошевелил у нее внутри. Она уже даже не дернулась, только глазки прикрыла — видно помешали этому нахлынувшие воспоминания об изнасиловании. А Кевин всерьез уже заинтересовался, как бабы устроены:
— А писяешь ты тоже оттуда?
— Нет, вот маленькая дырочка — урина, из нее, — уже совсем спокойно и ни капельки не стесняясь ответила наша сучка.
И тут мой мальчик неожиданно заявил:
— Папа, я тоже хочу писять. — Я даже опешил, до того некстати это прозвучало. И тут мне в голову пришла еще одна мысль. Я огляделся по сторонам. По прежнему было тихо, никого не видно и не слышно. Я решил, что можно продолжать:
— Тогда вот как. Ты садись, хватит, належалась, отдохнула. Расстегни мальчику ширинку, достань то, что там найдешь, ротик открой и направь в него. А ты, Кевин, дуй туда.
— Как, прямо ей в рот?
— Конечно, а куда же еще. Наверняка ей это понравится. Правда, сучка?
Она молчала. Я ожидал хоть какого-нибудь сопротивления с ее стороны, но ничего этого не было. После всего, что мы с ней сделали, она стала совершенно покорной. Я думаю, что если бы я приказал ей голой пойти по городу и отдаваться каждому встречному, она бы и на это согласилась без возражений. Как бы там ни было, она села, мой мальчик встал около нее, девица расстегнула его брючки и достала содержимое. Черный членик моего мальчика еще как следует не вырос, даже вставать толком еще не мог, только чуть-чуть напрягся, может быть от возбуждения, а скорее просто от скопления мочи. А она его вытянула из штанов и нацелила на свой рот.
Какое ...
