ДЕСЯТЬ ПИСЕМ
Гудвин Д.
... Впервые имя Динамит появилось в японских газетах после двух дерзких ограблений. В одном случае был ограблен ювелирный магазин, в другом богатый биржевик-японец.
Подробности были противоречивы и маловероятны. В одних газетах говорилось, что небольшая шайка грабителей совершала вооруженный налет на ювелирный магазин и похитила на несколько тысяч долларов ценностей. Когда примчалась полиция грабители бросили несколько бомб, и ранив двух полицейских, скрылись. Другие газеты утверждали, что когда двое неизвестных проникли в дом богатого биржевика, редкие прожожие услышали взрыв в этом доме и сообщили об этом в полицию. Прибывший полицейский отряд установил только то, что в горящем доме вскрыт сейф, а грабителей и след простыл. Только садовник соседнего дома утверждал, что он якобы видел двух подозрительных людей, прохаживающих незадолго до взрыва у дома биржевика.
Все газеты однако сходились на том, что в обоих случаях в шайке была замечена женщина, причем, женщина необыкновенной красоты.
Вскоре было зафиксировано еще несколько случаев ловких и дерзких ограблений, всегда сопровождающихся взрывами. При этом было точно установлено участие женщины необыкновенной красоты.
Некоторые газеты указывали на странное совпадение такого рода: все подвергающиеся грабежам были так или иначе связаны с некоторыми сотрудниками полицейского отдела министерства внутренних дел.
Падкие до сенсаций и броских заголовков репортеры поспешили назвать неизвестную женщину "Мисс Динамит". "Кто будет взорван мисс Динамит Завтра?", "Полиция в панике", "Террористы из Москвы!", "Мисс Динамит грозит министерству внутренних дел!", "Кто следующий?"... Этими и подобными заголовками пестрели очередные выпуски газет. Появились даже фотографии никому неизвестных женщин, выдававшихся за "Мисс Динамит". На этих фото были изображены разные, совершенно непохожие друг на друга женщины...
... Вот с чего я начал продолжать свои записки.
Почему, не знаю. Чем меня заинтересовала эта полумифическая красавица? Абсолютно ничем. Я каждый раз, в каждой газете первым делом ищу каких-либо сообщений о ней... Странно...
Прошло много времени, очень много! И как быстро и незаметно! А событий со времени моего побега никаких! Именно так! Никаких! Что ж наиболее существенное надо записать себе на память.
Запомнился рейс в санитарной машине... Восторг был неописуемый.
Готовый к новым неожиданностям и обдумывая разные способы остановления машины, я устроился у задней дверцы и вдруг заметил другую машину, неуклонно следующей за нашей.
Последняя шла по пустынным, слабо освещенным окраинам улиц, делала довольно частые повороты и убедиться в том, что неизвестная машина следует именно за нами не составляло ни какого труда. Новый вихрь мыслей закружился у меня в голове. "Что бы это могло быть?" Ответа на этот вопрос я найти не мог. Если бы неизвестная машина имела намерения задержать нашу, то никакого труда для нее это не составляло бы. Но нет! Находящиеся в неизвестной машине, видимо, никаких враждебных намерений не имели. Но тогда что же?
Внезапно наша машина резко затормозила. "Очевидно семафор" — подумал я. Приоткрыв дверцу, я увидел сквозь сетку дождя темные кроны низких деревьев, росших вдоль тротуара и неясно маячивший силует несколько поотставшей машины, тихо приближавшейся с потухшими фарами. Момент для того, чтобы незаметно скользнуть под тень деревьев, усиливающейся дождем темени, я счел благоприятным и в следующую секунду очутился на мостовой, машинально закрывая за собой дверцу уже тронувшейся с места машины.
В направлении тротуара и деревьев я успел сделать лишь два-три шага, как вдруг яркий свет мощьных фар ослепил меня и в тот же миг приглушенный голос назвал меня по имени:
— Анри!
Я выхватил пистолет, стараясь взглянуть в кабину застопорившей передо мной прямо и вновь погасившей фары машины.
— Анри! Сюда!
Только теперь я узнал так хорошо знакомый тембр голоса.
— Как... Ты?... Но каким образом?
— Не задавай пустых вопросов! Есть дела поважнее! И первые из них куда тебя спрятать.
И вот все тревоги и волнения позади. Прошла неделя.. Прошел месяц...
Еще месяц... И что ж? Ни каких событий ни каких сведений.
Безусловно в моей драме в кафе Марсель не виновата... О нет она мне предана! Но ее версия о том, что она узнала о моем побеге от своей знакомой Кито, очень мало правдоподобна. Да и Кито мне сказала бы об этом.
Нет что-то здесь ни то! О! Кито, она говорит, что о ней ничего не знает.
Связь с ней утрачена. Совершенно ничего она не знает и о француженке. Но если Кито ни с того ни с сего могла сказать ей о моем побеге, да еще сообщить ей дату, то как же она ничего не сказала ей о той больной, которая целиком находилась на ее попечении?
Нет! Предположить подобную ребяческую болтливость со стороны Кито, болтливость, которая могла стоить мне жизни, я не могу! Это невозможно! Но Морсель знает Кито и знает ее очень хорошо... Случайность? Что-то не то.
Марсель решительно отказалась мне содействовать в поисках француженки, ссылаясь на потерю всяких связей с госпиталем.
И еще более странно: Марсель утратила всякий интерес к тайне Ригара!
Почему? Отчего? Что с ней случилось? Ни какого вразумительного ответа я так не добился от нее. Кажется с этой стороны я не только лишился помощи, но и приобрел некое препятствие. Марсель, именно Марсель, осторожно, последовательно отклоняет меня от моего пути. Сеет в моей душе сомнения.
Уверяет в недостигаемости поставленной передо мной цели.
И все же я верю ей. Но на самом ли деле верю? Пожалуй верю, но не до конца! И в конце концов на кого же она работает? Но готов голову дать на отсечение, если у нее нет ни какой тайны! Что же еще?
Перед формулой Ришара бились лучшие наши специалисты, но результатов никаких. Составлено просто, а смысл не постижим! Есть сообщение, что часть бумаг Ришир сжег и восстановит свои формулы по возвращению во Францию, но действительно ли это было так? А куда же девалась его прекрасно оборудованная лаборатория? Ни каких следов все странно!
Массу времени и энергии я затратил на установление связи с Кито и француженкой. Много раз в районе госпиталя рисковал быть узнанным и схваченным. И все напрасно!
Все следы моей сестры так же потеряны безвозвратно. Повидимому вживых ее нет. Но живы все они или нет, а искать я их должен, и буду! Француженка, Кито, моя сестра — все они или по крайней мере их следы будут найдены! Во что бы то ни стало! И идти к тайне Ришара я так же обязан.
Как бы ни ускользали от меня все эти цели, а преследовать я их буду до конца! Что еще!
Со мной пытается установить контакт человек со шрамом. Мне удалось выяснить, что он ни кто иной, как известный американский разведчик.
Некоторое время я следил за ним и кое-что выяснил. Что ж контактом брезговать не следует. Весь вопрос в том, кто из нас больше выиграет от него. Сегодня первая встреча с ним. Будем осторожны.
И так встреча состоялась. Вчера я направился в указанное мне кафе и попал в район явно не внушающий доверие. Да и само кафе не производило особого благоприятного впечатления. Внимательно, осмотревшись я вошел в него и сразу же за одним из столиков заметил человека высокого роста, могучего телосложения, с довольно грубыми чертами лица, похожего на бывшего боксера. В глаза бросался шрам через всю щеку. Фигура уже хорошо знакома.
Кафе было почти пусто. Я подошел к его столику.
— Простите, сэр, — обратился я к нему по-английски.
— Садитесь, мосье! Я ожидал вас! — по-французски ответил он.
Я сел, опустив руку в карман.
Он ухмыльнулся:
— Сразу видно молодого петушка!
Он похлопал себя по карману.
— А я вот не ношу. Детские игрушки!
Я вытащил руку с портсигаром и предложил ему.
— Психология, — хмыкнул он, но сигару взял.
Некоторое время мы молча курили и искоса разглядывали друг друга.
— Меня зовут, предположим, Смит — сказал незнакомец, человек со шрамом.
Я привстал и покланился.
— А меня предположим... — в том же духе начал я.
— Анри Ландаль, — поправил меня Смит.
"Надо быть на чеку" — подумал я и изобразил кривую улыбку на своем лице. "Тут пахнет порохом".
— Так вот мсье Ландаль, — начал Смит, — я назначал встречу с вами с одним интересующим меня вопросом. Предупреждаю, будем играть на чистоту.
Зла я вам не желаю, а если бы желал то давно мог выдать вас или ухлопат ь...
Начало было многообещающим и я слушал Смита с возрастающим интересом.
— Так вот, — продолжал он, — меня интересует нечто касающееся инженера Ришара.
"Так оно и есть", — подумал я и вслух сказал:
— Откуда ...
