ГАЛЧОНОК
Неизвестный автор
... себя на локтях и целуя ее головку... И продолжал расспрашивать ее.
— Ты говорила, что второй раз Виктор употребил тебя лежа... Где это было?
— Тоже там, в парке... Поздно ночью.
— И сразу легли?
— Нет... Немного тыкались стоя.
— А потом?
А потом он вынул, обошел кусты и сказал: "Никого нет, давай ляжем". Я говорю.
"Давай". И легли... И зачали...
— А ты ноги согнула? Или обнимала ногами Виктора? Расскажи...
— Не помню... Кажись, сперва немного согнула... А после он рукой поднял мне ногу одну вверх и поддел ее плечом...
— Положил ее себе на плечо...
— Да... А потом...
— Что потом?
— Стыдно... — прошептала она и уткнулась в подушку, вздрогнула...
— Ну, скажи... Что потом? — шептал я, целуя ее в затылок и придвигая член к ее половой щели.
— Потом и другую ногу мою запрокинул на плечи себе...
— Сладко было?
— Не знаю... Немного болело...
— Отчего? — спросил я и ввел головку члена в ее уже сильно влажные срамные губы...
— У него длинный..., — чуть слышно прошептала она.
— Достал до матки?
— ...
— Ну?
— Да...
— А ты говорила ему, что тебе больно?
— Говорила. "Пусти, — говорю, — больно так", — а он не слушает... И туда...
Глубоко... И весь дрожит... И шепчет: "Подожди, потерпи немножечко, чуть-чуть"... И опять как задует, у меня инда глаза закатывались...
— А сладко было?
— Было... И болело очень... И стыдно было, так стыдно...
— Отчего?
— Что ноги мои так подняты... У него на плечах-то...
Я впился губами в ее затылок и медленно вводил член в ее вздрагивающее влагалище, изогнувшись над ее маленькой спинкой.
— Он опять соскакивал с тебя?
— Да... Раза три обходил кусты.
— А потом ноги на плечи?
— Ну да...
— А ты... Чувствовала задницей его яйца?
— Не помню...
— Задница у тебя была голая?
— Ну... Голая...
— Чу-у-вствовала... Ты его... Его голые яйца? — спросил я ее, задыхаясь, и прижал ее матку членом...
— Ой... Ой... Ааа...
— Значит, чувствовала?
— Да...
— Когда Виктор тебя употреблял, ты обнимала, целовала его?
— Нет... Я его держала за руки... А целовал он меня сам, когда наклонился...
— В губы?
— Да...
— Сосал губы?
— Да-а...
— Тебе было сладко'?
— Да-а-а..., — шептала она и ее влагалище, уже совсем мокрое, теснее сжало мой член.
— Сколько раз Виктор употреблял тебя?
— Три... Всего...
— А ты хотела, чтобы он тебя употреблял".
— Не знаю... Не-е-е знаю-ю...
— Признавайся...
— Хо-те-ла...
Я всадил ей чуть не по самые яйца. — О-о-о! — застонала она.
— Чего... Ты?
— Бо-о-льно...
— А под Виктором было... Больно?
— Да, ой-ой!
— Лежи, я хочу тебя... Употреблять... Я ритмично делал движения членом, вызывая такой знакомый, сладчайший, сосущий звук между нашими ногами...
— Скажи... Ты хочешь, чтобы Виктор еще раз тебя употребил?
— Не-е-знаю...
— Ну... Скажи... Хочешь, чтобы он тебе задул свой длинный и сосал тебе губы?
— Хо-ч-чу, — лепетала она, охваченная похотью.
— Знаешь, — шептал я, — я хочу, чтобы Виктор еще раз тебя употребил... Ты пригласи его к нам домой... Разгорячи его...
— О-о-о... — стонала она подо мной, делая задницей стыдные движения.
— Пусть он тебя употребит так, как я сейчас... Сзади... Как кобель суку...
— Ой, не могу... — всхлипывала она, извиваясь на животе.
— Как кобель суку хочешь? Хочешь? — шептал я.
— Хочу...
— Скажи: хочу, чтобы Виктор меня употреблял... Как кобель суку, — задыхаясь, прошептал я, ускоряя движения...
— Ой... Хочу... Витенька... Витя меня, чтобы... У-употребил... Как сукууу, — с трудом докончила она, судорожно вздрагивая всем телом, обильно увлажняя кончик моего члена.
Спускала она в этот раз дольше... Сильнее, слаще. И едва удержался, чтобы не облить ее матку... С большим трудом я извлек член из влагалища и тут же обрызгал ее задницу.
В ту ночь я совершил с Галчонком еще один акт совокупления. Это было уже на рассвете. Просыпаясь, я почувствовал приятную эрекцию моего пениса, который прижался к теплому животику Галчонка. Мы спали живот к животу. Едва пробудившись, я копеном раздвинул ножки спящей подружки, нежно перевалил ее на спину, и, осторожно нагнувшись над ней, ввел член во влагалище.
Галчонок еще спала, но срамная щель ее была влажной и большие половые губы слегка припухли.
Не двигаясь, я несколько минут лежал на ней, наслаждаясь вздрагиванием моего пениса в ее теле... Затем я вынул его, лег возле нее вновь, повернул на бок к себе. Я хотел дать ей выспаться и отдалить наслаждение. Полежав так несколько минут, я вскоре убедился, что сон мой как рукой сняло, и мой орган напрягся еще больше.
Тогда я с большими предосторожностями повернул свою девочку на левый бок, оставаясь позади нее и с наслаждением начал водить твердым пенисом между ее ягодицами... Она спала... Я подогнул ее ножку вперед так, что ее задница выпятилась навстречу моему пенису. Откинувшись немного назад, я взял правой рукой свой член и начал головкой медленно и осторожно поглаживать между ее влажными срамными губами... Слегка надавливая на них... Спустя несколько минут, в течение которых яйца отвердели и заныли от сладости, головка члена соскользнула с влагалища. Я снял с пениса руку. Обнял девочку за талию и медленно, небольшими толчками начал вводить пенис в ее тело...
Отброшенное одеяло прикрывало только наши бедра. Спина Галчонка была совершенно обнаженной. Я не отрывал взора от ее кругленьких ягодиц, между которыми выделялся мой толстый пенис. Не скрою, я любовался этим зрелищем, которое усиливало сладострастие. Она спала... Но когда я чуть коснулся головкой пениса ее матки, она слегка потянулась, изогнула поясницу, отчего ее задница плотнее прижалась к моему животу, а матка к члену. Она застонала сквозь сон. И опять я несколько минут лежал неподвижно, наслаждаясь сладостными соприкосновениями головки члена и матки, как вдруг почувствовал членом похотливые спазмы ее влагалища... Она еще больше вытянулась и выгнула поясницу и стала, просыпаться, охваченная животной страстью.
— Хочешь? — шепнул я.
— Хочу...
— Ну, лежи так.
— Лежу.
Я снял руки с ее поясницы. Немного отодвинул свои ноги и теперь мы с ней соприкасались только половыми органами. Может быть поэтому обострились ощущения очень большого напряжения их. Мой пенис стал твердым, как бревно. Ее срамные губы надулись, увеличились, напряглись и плотно охватили пенис...
Откинувшись назад, я начал коитальные движения, сгибая и разгибая свою поясницу, стараясь не касаться ее тела ничем, кроме пениса. Комната сразу наполнилась бесстыдными звуками, особенно сильными при вытягивании члена.
Правой рукой я поднял ее правую ногу вверх, почти вертикально. Хлюпающие, сосущие звуки усилились. Ее личико залилось краской.
— Слышишь?
— Слышу-у...
— Тебе сладко?
— Сладко-дко-о...
— Я хочу тебя как кобель суку... Хочешь?
— Хочешь стать на коленки... А я тебя сзади... Как суку... — шептал я ей, задыхаясь, и сильно нажал на матку.
— Ой-ой-о-х!
— Хочешь???
— Хо-о-чу...
— Становись, как сучка.
Я извлек из ее трепещущего тела пенис и помог встать на четвереньки на кровать.
Вернее, она стала на коленки и локтями прижалась к подушкам так, что ее зад сильно выгнулся, а ее мокрая вульва выпятилась меж ее ножек.
Я ...
